Депутаты хотят власти над кредитами

Высокие ставки по кредитам не нравятся никому. Их запрещают религии, родители учат детей, что кредиты — зло, а чиновники хотят обуздать. Стремление управлять тем, что приносит мало радости вполне понятно. Особенно, если заемщик, родитель и чиновник — это один и тот же человек.

Вот в Госдуме как раз и подняли эту тему на днях — там хотят придумать закон, который обяжет банки снижать ставки по ипотеке и кредитов вслед за изменением ключа. Причина в том, что банки опускают проценты по депозитам быстро (иногда даже предвосхищая решения ЦБ по ключу), а вот по кредитам они так не торопятся.

Навредит, или не навредит это банкам и всей финансово-денежной структуре — никого не волнует, потому что все держат в уме заработки банков в виде рекордных почти 4-х трлн рублей прибыли в год. Мол, дело в обычной жадности, и с этим нужно что-то делать.

Однако сделать из такой идеи закон невозможно,хотя бы потому, что существует ЦБ РФ, который не просто так носит звание мегарегулятора. Центробанк автономен, не является частью ветвей власти, нейтрален, а также осуществляет нормативное регулирование банковского сектора.

Проще говоря — пока ЦБ не захочет, такого закона не будет. И в той же речи законодатели вновь говорят о том, что у регулятора много власти, что ее надо забрать, и управлять кредитом напрямую с помощью закона.

Правда, вся эта картина рассматривается только под одним углом. Но, быть может, банки способны зарабатывать в России и быть такими эффективными даже в сложные времена, только потому, что у всего сектора есть независимый арбитр и регулятор? Быть может, все так хорошо, потому что хорошо работают люди на местах?

Также отмечу, что вопрос формирования стоимости кредита — это штука сложная, и она действительно сложнее ставки по депозиту. Привлекая на счета деньги, банк оценивает много разных параметров — рыночную доходность, потребность в деньгах, сроки, инфляцию и т.д. Кредиты же, хоть и выстраивают ценообразование на схожих метриках, являются более сложной материей — это почти наука о ракетостроении.

Депозиты приходят от тех, у кого деньги есть — они даже лишние, раз их несут в банк. Срок чаще всего ограничен 3-6 месяцами, что позволяет под такое размещение подобрать такую ставку, которая будет отвечать представлению о экономики через те же 3-6 месяцев.

Ипотека же — это кредиты на 30 лет. То, что такие ставки реагируют медленнее, так это потому, что между рисками через 3-6 месяцев и через 30 лет есть огромная разница. Риски по срокам кредита, по платежеспособности клиента, стоимости залога, ликвидности такого актива, а еще есть рыночные риски и плюс сверху докидываем инфляцию.

Ключ по своей является только ориентиром стоимости денег в краткосрочной перспективе. Об этом и сам ЦБ на своих пресс-конференциях говорит, и даже в базовых теориях это так.

Ключ — не ориентир стоимости денег на 30 летнем горизонте. Для этого больше подходит какая-нибудь кривая бескупонной доходности государственных ОФЗ.

Так что привязать стоимость кредита к ключу, чтобы ставки реагировали на изменения, как по депозитам — невозможно, если есть желание оставить в стране нормальную банковскую сферу. Ставки меняются, но медленнее, и на то есть свои причины, которые не связаны с какой-то жадностью.

Да, банки хотят заработать, что отрицать было бы странно, но это нормально, иначе зачем бизнесом заниматься? И ставки устанавливаются не по принципу рандома, а по сложному расчету, чтобы ставка могла удовлетворить все стороны договора здесь и сейчас, чтобы избежать убытков в будущем.