Японский армагеддон надвигается на мировую экономику

Давно у нас не было рубрики «когда там уже новый мировой кризис». Самое время ее вернуть, поскольку есть повод — проблемы у финансовой системы Японии.

В 2022 году я уже писал о том, что экономика страны восходящего солнца накапливает большие риски, в первую очередь долговые, которые в теории могут подорвать экономику региона, а затем и запустить цепную реакцию по всему миру. С тех пор прошло почти три года, но пороховая бочка все еще имеет длинный фитиль.

Этот текст я решил написать потому, что в соцсети X (который Твитер) уже вовсю разгоняют страшилки, что миру осталось 30 дней до большой беды. Давайте разберёмся, так ли это на самом деле и не исчерпался ли фитиль.

Обсуждают сразу несколько «угрожающих» факторов. Самый популярный — рост доходности японских облигаций.

Доходность 20-летних JGB поднялась к уровням около 2,7-2,8%, что для Японии действительно является самым высоким уровнем за десятилетия. Еще в 2022 там доходность была в районе 0, а это значит, что инвесторы видят риски. Ну и инфляция у них поднялась до 2% после десятилетий дефляции.

Но тут важно понимать контекст. Средняя стоимость обслуживания долга растет медленно, потому что львиная доля японских бумаг обращается с очень длинными сроками, была выпущена под низкие ставки и постепенно перезакупается.

Например, в бюджете 2024 года расходы на обслуживание долга — около 27 трлн иен, или примерно четверть всех расходов. Это заметно, но не критично для страны, у которой огромный внутренний финансовый рынок и устойчивый спрос на JGB.

Теперь про долг.

Соотношение госдолга к ВВП у Японии действительно превышает 260%. Это одно из самых высоких значений в мире. Но внешнего долга у них минимально, а структура держателей как раз принципиально важна.

Около половины всего рынка JGB находится на балансе Банка Японии. Ещё 30% — банки, страховые компании и другие внутренние институционалы.

Иностранным инвесторам принадлежит лишь 6-7% госдолга. То есть, Япония не зависит от внешних кредиторов, а финансирует себя за счет внутренних накоплений. Это сильно снижает риск внезапного долгового кризиса, даже при росте доходности облигаций.

Курс иены — еще один повод для паники. С 2022 по 2025 год иена стабильно ослабевала: от уровней 130-140 за доллар в начале периода до 150-160 в 2024-2025 годах.

Ослабление было вызвано разницей ставок между США и Японией. Укрепление началось только после того, как Банк Японии стал сворачивать политику контроля кривой доходности и допускать рост доходности JGB. Это делает кэрри-трейд менее привлекательным: занимать в йенах уже не так дешево, а доходности иностранных бумаг — после учета хеджирования — не всегда дают выгоду. Поэтому часть японских инвесторов действительно постепенно возвращает капитал домой.

Но масштабы этих процессов сильно преувеличены в соцсетях. Говорят о репатриации в сотни миллиардов долларов за короткий срок, о массовых принудительных ликвидациях кэрри-трейда и о грядущем обвале почти всех мировых активов.

На практике репатриация идет постепенно, в рамках плановой ребалансировки, а не в режиме паники. Японские фонды и банки уже много лет корректируют свои портфели в зависимости от разницы доходностей и стоимости хеджирования.

Такие циклы происходили в 2008, 2016 и 2022 годах. Каждый раз рынки испытывали волатильность, но никакого системного разрушения не происходило.

Итог предельно простой. Да, японская экономика переживает важный переход — от ультрамягкой монетарной политики к более нормальным рыночным ставкам. Да, меняется поведение японских инвесторов. Да, кэрри-трейд становится менее выгодным. Но это не сценарий «30 дней до катастрофы» и не начало глобального финансового обвала.

Это нормальный и управляемый процесс перестройки после тридцати лет сверхнизких ставок.